СРАМУ.НЕТ

Мой отец, прошедший Афганистан, не так давно (много лет не рассказывал) рассказал мне историю из своего там пребывания, которую до сих пор полагает крайне стыдной и недостойной. По нему видно было, какой стыд и какую боль он до сих пор он испытывает от произошедшего.

Ничего особо мудреного: он, человек уже в возрасте, специалист, остался на броне БТРа в мирном кишлаке, пока остальные разошлись кто куда. И играл предохранителем АК - туда-сюда. Щелчек-щелчек-щелчек. Щелчек-щелчек... А потом поднял взгляд, и увидел напротив афганцев в чайхоне. Они, отставив еду, смотрели на него испуганно во все глаза.

читать целиком >>

Сцена 49. Гостиная в доме Настасьи Филипповны. Рассказ Фердыщенко.

— Вот тебе на! — озадачился тот, но быстро взял себя в руки. — Я, так я... Я, в отличие от некоторых пожилых генералов, правды про себя не боюсь. Я и есть сам — воплощенная правда и честь... Жил я малыш двадцатипятилетний, как голь перекатная: только из Харькова переехал, а тетка моя столичная меня на порог не пускала, за то, что я с иными женщинами общался. Строгих нравов была женщина, учительница математики на отдельной жилплощади. А я снимал комнату в коммунальной квартире в Лефортово, — начал свое повествование Фердыщенко. — А рядом киллер комнату снимал. И получал тот киллер заказы на свои жертвы по почте. Ему присылали

читать целиком >>